/ Андрей Лупанов

Как-то в одном из своих интервью председатель Высшего Совета партии «Единая Россия» Борис Грызлов сказал, что дотационные регионы не должны иметь статус российского субъекта: «Субъект Российской Федерации не имеет права называться субъектом, если живет за счет других регионов!». В этой мимоходом оброненной фразе скрывается гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Ведь обидный ярлык «дотационного» региона создает в восприятии обывателя образ целых областей и республик якобы «сидящих на шее» у своих соседей. Так ли это на самом деле и кто кого кормит в современной России?

Тема «кормления» стала популярной пару лет назад, когда по Москве прокатилась волна митингов с требованиями «перестать кормить Кавказ». Обвинения во взаимном «кормлении» достигли апогея, когда в некоторых регионах Сибири местные жители, по столичной аналогии, вышли на акции протеста не желая «кормить Москву». Масла в огонь добавила статистика, согласно которой подавляющее большинство субъектов федерации являются получателями различных федеральных дотаций.

Бюджеты бывают разные…

Обратившись к официальным документам, в первую очередь к Бюджетному кодексу Российской Федерации, можно узнать, что федеральным бюджетом используется несколько форм трансфертов, предназначенных для регионов. Это дотации из Федерального фонда финансовой поддержки субъектов РФ, субсидии Федерального фонда софинансирования расходов, субвенции из Федерального фонда компенсаций, а также различные целевые ссуды и бюджетные кредиты.

При этом стоит учитывать, что бюджеты всех трех уровней – федерального, регионального и местного – считаются самостоятельными финансовыми институтами. Их действие основано на разграничении налогов и расходов по уровням бюджетной системы. Тут на первый план выходит эффективность процесса бюджетных взаимоотношений между федеральными и региональными органами власти и далее по нисходящей – между регионами и органами местного самоуправления.

Исторически сложились две системы бюджетного федерализма – американская и германская. Американскому бюджетному федерализму присущи четкое разделение налогов на федеральные и региональные, самостоятельность регионов в своих расходах и получении займов, возможность процедуры банкротства. Германская система, к которой склоняется и Россия, более централизованна. Бюджетные расходы регулируются совместно, заимствования сильно ограничены, а кризисным регионам оказывается всесторонняя поддержка.

Различия в уровне бюджетной обеспеченности между разными регионами в той или иной мере есть во всех государствах, ведь регион может быть экономически развит и иметь разветвленную инфраструктуру либо наоборот, не иметь значительного промышленного производства. В России проблема вертикальной несбалансированности бюджетов решается как раз за счет межбюджетных трансфертов, которые собирательно именуются дотациями. Федеральные власти в данном случае выступают в роли координаторов макроэкономического регулирования.

«Централизованность управленческой модели в России, в том числе и в экономике – это исторически сложившаяся традиция, так в нашей стране было всегда. Обратной стороной медали в нашем случае является сосредоточение всех самых важных налоговых поступлений на федеральном уровне и как следствие, ослабление доходной базы регионов. Местные бюджеты оказались стеснены в своих возможностях, ведь основные финансовые потоки замкнуты на федеральном уровне, откуда идет уже их обратное распределение по регионам. Из-за громоздкости этого механизма в целом снижается скорость исполнения бюджета», – заключает финансовый аналитик Роман Михайлов.

Один с сошкой, семеро с ложкой?

Большая часть налогов поступает в федеральный бюджет, откуда уже распределяется по регионам и приоритетным направлениям. По данным на 2012 год 72 субъекта Российской Федерации из 83 – являлись получателями тех или иных федеральных дотаций.

Регионы-получатели дотаций принято называть реципиентами, а те, что отдают, соответственно, донорами. По принятой классификации регионами-донорами чаще всего становятся сырьевые и промышленно-развитые регионы, а также финансово-экономические центры страны. В реципиенты скопом записывают все остальные, необязательно кризисные или отсталые регионы, но и те, где наблюдается снижение конкурентоспособности производимой продукции, сокращение инвестиций или же истощение минерально-сырьевой базы.

«Существующее деление субъектов РФ на регионы-доноры и регионы-реципиенты весьма условно. Действительно, субъекты имеют различный уровень социально-экономического развития, – отмечает заместитель директора научно-исследовательского института региональной экономики Севера, кандидат экономических наук Петр Гуляев. – Дифференциация регионов по уровню социально-экономического развития значительна. В системе экономического районирования выделяются регионы с традиционно сложившейся специализацией, это может быть, например, промышленность, сельское хозяйство, горнодобывающая промышленность и так далее. При этом административно-территориальное деление было унаследовано от плановой организации управления экономикой времен Советского Союза. В связи с этим, а также со многими другими условиями возникает необходимость в выравнивании уровня бюджетной обеспеченности посредством системы межбюджетных отношений. Вследствие чего и возникает условное деление на регионы-доноры и регионы-реципиенты. Однако утверждение, что регионы-доноры «кормят всю страну», несправедливо. Система межбюджетных отношений Российской Федерации выстроена на основе принципов бюджетного федерализма и регламентирует, в том числе, встречные межбюджетные финансовые потоки между федеральным бюджетом и бюджетами субъектов».

По данным Федеральной службы государственной статистики показатель валового регионального продукта на душу населения в Якутии в 2010 году составил 401 467 рублей, а к 2012 году вырос до 565 450 рублей на одного жителя, что превышает средние показатели по стране. Однако республика продолжает находиться в первой десятке рейтинга дотационных регионов России.

«Дотационность региона еще не означает, что он автоматически является бедным. Все зависит от того, с какой стороны на это посмотреть. Возьмем для наглядного примера Якутию. Непосредственно расходная часть республиканского бюджета составляет 144 млрд рублей, а доходов всего 133 млрд. Получается что бюджет испытывает дефицит. Однако общее производство валового республиканского продукта достигает примерно 540 млрд рублей в год. Именно на такую сумму продукции, товаров и услуг производится во всех отраслях экономики на территории нашей республики. Получается, что производит Якутия все-таки больше, чем тратит», – комментируют в постоянном комитете по бюджету, финансам, налоговой и ценовой политике, вопросам собственности и приватизации Государственного Собрания (Ил Тумэн) РС(Я).

Сколько регионам ни давай, а они все равно на Москву смотрят

Согласно запланированному распределению дотаций региональным бюджетам России на 2014 год в число лидеров по количеству выделенных денег выходят Якутия (53 млрд рублей), Дагестан (44 млрд), Чечня (42 млрд), Камчатский край (31 млрд) и Тыва (11 млрд). Однако стоит учитывать, что общий объем дотаций не учитывает численность населения регионов и их природно-климатические условия. В данном ракурсе ряд регионов северо-востока России, в число которых вошли Якутия, Магаданская область и Камчатский край, находятся в наиболее сложном положении – длительный отопительный сезон, необходимость ежегодного северного завоза продуктов питания и топлива, неразвитая транспортная схема. Именно эти регионы являются наиболее затратными по объему дотаций, приходящихся на одного жителя, – 99 727 рублей в Камчатском крае, 56 000 рублей в Якутии и 55 000 рублей в Магаданской области. Для сравнения на одного жителя Карачаево-Черкесии приходится 14 484 рублей федеральных дотаций, в Бурятии – 14 000 рублей, а в Тамбовской области – 9 000 рублей.

Некоторые эксперты отмечают, что для традиционно дотационных регионов кризисного пояса Восточной Сибири (Тыва, Алтай, Забайкальский край, Амурская область) и Северного Кавказа существует риск, при котором местные власти не заинтересованы в развитии промышленности, бизнеса – наступает стагнация, при которой дотации становятся основным источником доходов. Особенно велик этот риск на уровне муниципальных образований и без того не имеющих закрепленных налоговых поступлений.

«Конечно, с точки зрения теории государственного регулирования государство может и должно часто оказывать регулирующее воздействие на развитие бизнеса, совокупный спрос, занятость населения и так далее. Однако деловая активность экономического субъекта зависит от многих факторов, большинство из которых не имеет отношения к системе распределения дотаций, – поясняет Петр Гуляев. – К тому же в бюджетной системе РФ существуют механизмы, стимулирующие увеличение регионального налогового потенциала, например, «Правила распределения дотаций бюджетам субъектов Российской Федерации на поддержку мер по обеспечению сбалансированности бюджетов субъектов Российской Федерации, достигших наилучших результатов по увеличению регионального налогового потенциала».

Юг и Восток

Разбирая дотационную картину России, нельзя не заметить, что в восприятии широких масс дотационность субъекта определяется тем, получает ли он деньги бюджета из Федерального фонда финансовой поддержки регионов или нет. Однако по факту, субъектов, отдающих в бюджет больше, чем получающих из него, гораздо больше, чем принято считать. К тому же все регионы в той или иной степени получают финансирование из федерального центра, если не как прямые дотации, то например, в виде специальных целевых программ, какие действуют в традиционно считающемся донором Татарстане.

Действительно проблемными являются в основном регионы Дальнего Востока и Восточной Сибири, где наблюдается длительный спад производства на фоне слабой транспортной доступности, малочисленного и постоянно убывающего населения. А также регионы Северного Кавказа и южной части Поволжья, где наблюдается наиболее высокий по стране уровень безработицы. Если в среднем по России в 2013 году безработица составляла 5,5% от общего числа трудоспособного населения, то в Северо-Кавказском федеральном регионе этот показатель резко возрастает до 13,3%, а в отдельных его регионах, например в Ингушетии, она составляет рекордные 45,5%.

Таким образом, получается, что большинство дотационных регионов – это продукт существующих в России налоговых отношений между федеральным центром и регионами. Как отмечает экономист, профессор МГУ Наталья Зубаревич, размер реального экономического вклада регионов в общую копилку бюджета РФ был определен только один раз, еще в конце непростых 1990-х годов. Тогда в число реальных доноров входило 35 регионов – более трети от общего числа субъектов федерации. Сейчас их количество вряд ли уменьшилось, вероятно, даже возросло.

Дотациями в российском законодательстве называют безвозмездные и безвозвратные межбюджетные трансферты. Дотации характерны для стран с преобладанием государственно-административного способа управления экономикой. К положительным эффектам от их введения относятся покрытие убытков и предотвращение банкротства государственных предприятий, частичное сдерживание роста цен. Минусы системы дотационного финансирования заключаются в их тяжести для государственного бюджета.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.